После концерта в Минске Александр Розенбаум посетил радио «Шансон» и дал интервью. В эфире артист рассказал об ответственности перед публикой, концертном репертуаре и своих музыкальных истоках.
– Александр Яковлевич, что для вас особенно важно, когда вы выходите на сцену?
– Я считаю, что человек должен полностью отдавать себя труду, когда он им занимается, иначе будет результат другой. И потом есть ещё Господь, который возлагает на тебя определённые надежды и тебе помогает. Без Господа тут ничего не происходит. Без высшего разума, как я его называю. Ну и, конечно, ответственность перед публикой. Я на профессиональной сцене почти 50 лет и, конечно, я осознаю свою ответственность перед тем количеством людей, которые меня слушают уже многие десятилетия, и я не могу их подвести ни коим образом.
– Как вы составляете концертную программу?
– Я должен дать определённое количество тех песен, которые люди ждут. Ненавижу это слово, но будем называть его «шлягеры», так называемые популярные произведения. И я в обязательном порядке должен показывать новые свои творения, потому что стоять на месте не позволено никому.
– С чего начался ваш музыкальный путь?
– В Восточно-Казахстанской области была музыкальная школа, которую организовали ссыльные люди, и я два года занимался скрипкой. Понимаете, мне было пять лет, меня мама отдала в школу. Потом приехали мы в Ленинград, и не было скрипичных мест. И мама меня отдала в музыкальную школу на фортепиано, которую я закончил.
А на гитаре я начал играть совершенно по-другому, потому что я был мальчишкой, а в квартире в коммуналке большой жил гитарист у нас. Довольно известный был в довоенные годы. Он мне показал пару-тройку аккордов, потом я ушёл во двор, а потом битломания, в плену которой я оказался моментально. И уже моя музыкальная жизнь была предопределена. Концертная, артистическая ещё нет, но музыкальная точно.
– «Сэмэн» – одна из самых известных историй в вашем творчестве. Что она для вас значит сегодня?
– Это очень родная моему сердцу история, я этого Сэмэна придумал в институте и жил в его шкуре, наверное, года 3-4, я думаю. Пытаюсь его вернуть периодически, но дважды в одну реку не заходят. «Сэмэн» про людей, там нет ни одной песни, где бы не наказывалось плохое. Измена – это плохое, предать товарища – это плохое. И так далее и тому подобное. Ну послушайте, Робин Гуд — бандит с большой дороги. Ну что ж мы его так почитаем? Потому что он благородный человек. Есть благородные рыцари, есть благородные разбойники. Это та романтика, которая приходит тебе в определённое время, и мне вот Господь прислал это. А я этим воспользовался.
– Что связывает вас с Беларусью?
– Бабушка из Гомеля, у неё в паспорте место рождения – город Гомель. Её отцу, моему прадеду, принадлежала центральная газета. Он был владельцем и главным редактором газеты, которая называлась «Гомельская копейка». Поэтому Гомель – это моя родословная.
